Портрет человека, который будет жить в 2000-х годах на Земле, был описан в журнале «Техника молодёжи» в 1968 году. В то время предполагали, что у землянина будет большая лысая голова, а на руках по три пальца. Объяснение под картинкой гласило, что голова человека от увеличения мозга изменит размеры, а пальцы исчезнут от ненадобности: на кнопки нажимать хватит и трёх. Теперь понятно, что это была шутка, но тогда даже в научных кругах на полном серьёзе обсуждался вопрос «Есть ли жизнь на Марсе».
Никуда не уйдём мы от ручки, тетради, мела и тряпки, пока ребёнок сам не напишет (свяжет, вышьет, сколотит, выстругает и т.д.) он ничему не научится!
Призывают к изменениям в образовании политики, педагоги, промышленники, родители и учащиеся разных возрастов. Лихорадит не только наши школы, а школы всего мира. Мы живем в информационном мире. Самым важным, выгодным и массовым товаром стала информация. Возникли информационные технологии, позволяющие огромным массам людей общаться, видеть друг друга, спорить и влиять друг на друга, находясь на противоположных сторонах земного шара. Теоретически очень скоро возникнут индивидуальные телеканалы — сколько угодно, хоть по числу живущих на земле людей. В этом хаосе информации несравненно труднее влиять на мировоззрение подрастающего человека. И это в равной степени касается как государственных средств массовой информации, так и школы. Есть четыре реальных субъекта общеобразовательного процесса: педагоги, ученики, родители учеников. А ещё - собственно общество (очень многообразное), со своими СМИ, ТВ. Оно представлено вузами, предприятиями, фирмами и фермами, улицами и дворами, парками и стадионами, дискотеками и библиотеками родных городов и сел, ежедневно и ежегодно формируемых (реформируемых, деформируемых) итоговым продуктом нашего базового образования. Но парадоксальным образом все эти субъекты отчуждены, отлучены от процесса определения параметров содержания, его целей, условий и результата, в том числе и от определения и оценки его качества. А принадлежат все эти права чиновнику государственного органа управления образованием.
Представим себе: утро, школьная учительская. До начала первого урока еще минут пятнадцать. В коридоре уже слышен гомон спешащих в классы учеников, один за другим в учительскую входят учителя, чтобы взять классный журнал и обменяться последними новостями. Вот в дверях появляется мужчина средних лет с портфелем под мышкой и свертком в руке. Он направляется к своему столу, представляющему собой весьма живописное зрелище. Кипами лежат тетради, в углу стола стоит глобус, где-то с краю примостился амперметр, среди бумаг виднеется колба с голубоватой жидкостью. Мужчина садится за стол и с некоторой гордостью озирает свое хозяйство, и взгляд его на некоторое время приобретает мечтательное выражение. Конечно же, это учитель. Он не первый год работает в школе и убежден, что любому учителю не так-то много нужно для того, чтобы быть хорошим учителем – по большому счету, хватает мела, доски и тряпки. Для простоты назовем его Тряпочником.
В учительской появляется еще один педагог. Это молодой парень в вязаном свитере и очках в тонкой оправе, вид его беззаботен. В руке его – небольшого размера кейс. Насвистывая, он садится за свой стол, открывает кейс и достает из него портативный компьютер. Через некоторое время учительская оглашается приветственными звуками стартующих Windows, которые сигнализируют о приходе Кнопочника – сторонника современных учебных средств.
Какие учителя эффективнее - те, кто используют в работе компьютер и сеть, или те, которые пользуются традиционными средствами: мелом и тряпкой? Раньше новые знания получали «вручную», т.е. «тряпочники»: Галилей сам смастерил первый телескоп и открыл четыре спутника Юпитера. Левенгук собственноручно шлифовал линзы для своих микроскопов и узрел мир микробов. Резерфорд в начале нашего века ремесленнически изготовлял необходимую для научных экспериментов аппаратуру.
Паровую машину изобрели, чтобы освободить человека от тяжелого физического труда, но не от труда вообще. ЭВМ изобрели, чтобы освободить человека от тяжелого умственного труда, но не от математических расчетов. Попробуйте перемножить двенадцатизначное число на произвольное такое же число на бумаге.
Некоторая часть наших учеников полагает, что таблицу умножения знать уже не нужно, да и работать тоже. Физический труд у нас принимается как наказание. Вот Вам и «кнопочники», условно, конечно. А еще раньше. XVI век можно назвать веком Путешествий, у людей того времени какая-то страсть к перемене мест. Студенты и подмастерья, художники и астрологи, алхимики и рыцари шастали по Европе в надежде что-то открыть, понять, увидеть. В наш век, мы утратили любопытство к миру, путешествия стали развлечениями, а не открытием мира или исследованием. Век XVI - последний век алхимиков и первый век типографских книг, век Варфоломеевской ночи и Великих географических открытий. Век пытливых, вдумчивых, наблюдательных людей. Мир в 16 веке видели не из окон вагонов или с высоты воздушных лайнеров и в безделье, а в углубленном, сосредоточенном жизневосприятии. Человек не наблюдал мироздание, а жил в нем. Увы! Мы сильно изменились. Казалось бы, потухли костры инквизиции, забыты рыцарские турниры, неспокойные дороги. Нам легче жить не стало? И улицы городов сегодня совсем небезопасны и общение часто переходит в конфликты.
Валериан Чупин
