В настоящее время мало осталось коренных жителей в Сайгатке. Одни уехали, другие - получили квартиры, а третьи - ушли в мир иной. Но кто здесь родился и вырос, никогда не забудет дни детства, юности, взрослой жизни.
Коробейникова Римма Васильевна, вспоминая свое детство в Сайгатке, говорила о том, что летом было жарко, часто гремели грозы. Дождь льет теплый и ребятишки бегают по лужам, испарения вокруг и никакого холода. На ее глазах строили Воткинскую ГЭС. Приехало много людей. [4]
Жизненный уровень сельского населения был заметно ниже городского, в деревне зачастую не хватало самого необходимого. Выработанные колхозниками трудодни либо совсем не оплачивались, либо расчет по ним производился в неполном объеме. Перспективы повышения социального статуса и качества жизни связывались с городом, деревня рассматривалась, в первую очередь, как поставщик продуктов и рабочих рук. В первые послевоенные годы почти не было новой техники (в условиях начавшейся «холодной войны» тракторные заводы продолжали работать на оборону, выпуская танки), она стала поступать на село только в начале 1950х гг. Не хватало рабочих рук. Чтобы удержать людей, колхозникам не выдавали паспорта. Оставшиеся в деревне женщины нередко вынуждены были работать вручную, пахать на коровах или сами впрягаться в плуг, чтобы выполнить посевной план. Питались колхозники, в основном, тем, что выращивали на небольших приусадебных участках. Сохранение низких закупочных цен на продукцию сельского хозяйства увеличивало разрыв в уровне жизни села и города. Положение стало меняться только в середине 1950х гг., когда начали расти денежные выплаты колхозникам. [2]
К моменту приезда первых строителей ГЭС, изменилась и жизнь в селе Сайгатка. Но люди по-прежнему радовались христианским праздникам, наряжали ленточками молоденькие березки, около них водили хороводы, танцевали и пели. Вечерами молодежь собиралась на площадке около дома, на зеленых полянках. Играли, звонко пели гармоники, молодежь весело проводила время. «Вечеринки» и танцы проходили в специально выстроенном большом доме, в них были патефоны, играющие музыку. Гармонисты ходили по центральной улице, люди выходили из домов посмотреть на них и к ним присоединялись люди (желающие просто пройтись с ними рядом).
Среди молодежи иногда происходили драки: между одной деревней и другой, между краями одной и той же деревни. Обе стороны не любили друг друга. Драки эти никто не останавливал, в деревнях того времени зачастую просто не было милиции. Поводов к дракам не было, иногда он был тем, что парень начинал ухаживать за девушкой из другой деревни. Если враждующая сторона случайно встретит на улице парня из другой стороны, она его изобьёт, так, что бы этого избежать побоев, парни, ходившие по одному по «чужой территории», ходили не по центру улиц, а закоулками. Дрались количеством 10−15 человек против стольких же. Возраст принимавших участие в массовых драках был, аж до 40 лет, а в 1940-е годы он доходил до 50-летних мужчин. [4;6;7]
Может, это, конечно, среднестатистические данные. Но что-то подобное бывало и в Сайгатке в 1940-50 гг. Тимофей Коровин жил в нижней части села, а его девушка Валентина - в верхней. Тимофей был крепкий и высокий парень, отслуживший в морфлоте. И вот когда он пошел к девушке, к нему «пристали» местные ребята на мостике через Мутнушку (это где примерно сейчас лицей Синтон»). В результате потасовки все ребята «полетели» в Мутнушку…
Еще случай. Однажды в Сайгатку заехал цыганский табор. Цыгане проехали по селу и попутно наловили кур, которые свободно бегали по улице. Потом где-то на берегу Камы разбили лагерь и развели костры. Когда сайгатские мужики пришли с работы и узнали про такой наглый грабеж, похватали, кто что мог, и пошли на «разборки», тоже была драка… Деда Михаила Ивановича вообще пырнули ножом у чайной, которая располагалась недалеко от снесенной сайгатской церкви.
Стройка Воткинской ГЭС у многих изменила уклад жизни, приехали сотни молодых строителей. Например, в мае 1954 г. на берегу Камы был организован первый фестиваль молодежи, бригада Ф. Старикова начала переоборудовать сельскохозяйственную ферму под общежитие. Весной 1956 г. было принято решение о строительстве нового клуба. Стройка была объявлена ударной комсомольской. И уже 6 ноября 1957 г. торжественно открылись двери нового клуба, которому молодежь дала всем близкое и понятное название «Гидростроитель». [2,3]
С началом строительства между предприятиями поселка, а потом города стали проводится спортивные соревнования, Молодежь активно в них участвовала, вместе отдыхали, ездили помогать подшефным колхозам, помогали ремонтировать технику. [5]
И многие современные молодые жители Чайковского и представить себе не могут, что на месте Сайгатского залива когда-то расстилались самые обычные поля. Перегороженная река образовала искусственное море, скрывшее под толщей воды огромные пространства бывших лесов, полей, лугов. [1]
Но это как говорится, уже другая история…
Олег Кустов
Литература:
1. Воронова Л. «Дело рук твоих, человек!»// «Прикам Контакт» № 44 (166), 1 ноября 1997 г.
2. Дерюшева Т. «Гидростроителю -40 лет»// «Огни Камы», 14 ноября 1997 г.
3. Козлова Н. «Май…тому назад»// «Частный интерес» № 18 (451), 3 мая 2007 г.
4. Перегудов Р. «Родилась в Сайгатке» // «Огни Камы», 2 июня 2001 г.
5. Селиванова М. «История одной фотографии. «Как молоды мы были»// «Частный интерес» №4, 26 января 2006 г.
6. spbtalk.ru
7. Жизнь русской деревни в 1950-х годах politforums.net
